Увлечение и освобождение - Александр Лимитовский
Шрифт:
Интервал:
Закладка:
Кроме того, власть обладает не только своим жанром, но и своим заглавием. В качестве примера заглавия можно привести Статую Свободы, Серп и Молот, замок на горе, ремень на стенке. Это то, что озаглавливает власть, что чаще всего бросается в глаза сразу же, как только мы вспомним о власти. Как и в случае с жанрами, Человек фабрикует такие артефакты на известных ему языках, используя знакомые ему средства художественного выражения, часто заимствуя различные атрибуты из мифологии, делая отсылки к каким-то известным ему историческим событиям и закрепившимся в его голове нормативам мышления.
Разумеется, заглавие (как и сама власть) далеко не всегда нам в строгом смысле дано – но даже в тех проявлениях власти, где заглавие не имеет какой-либо четко определенной формы, его оказывается возможно без особых сложностей доделать (это происходит чаще всего через юмор – в частности, анекдоты, или через интернет-мэмы). Конечно, обычно у власти не одно, а несколько заглавий, но все они взаимосвязаны, и в целом составляют единство – уничтожение одного заглавия может повлечь за собой изменение всей системы в целом.
Заглавие является неотъемлемой составляющей любой власти. Более того, оно само представляет из себя власть, реализуемую в фантастической форме, особым образом высказанную на языке художественных образов и метафор, которые таким образом становятся своего рода эстетическим критерием истинности (как мы уже писали ранее, через путь к эстетическому наслаждению, а не через чувство прекрасного) для пациента. Что есть истина – зависит от субъекта, для каждого это что-то свое: это может быть авторитет, феноменологическая данность, какое-то косвенное доказательство или что-либо еще, в том числе что-то, что нам с вами может показаться совершенно неубедительным. При том это двусторонний критерий: эстетическое переживание становится для Человека доказательством соответствия его модели власти позитивному благу, на котором она паразитирует, а с другой стороны оказывается демонстрацией возможности реализации позитивного блага, его истинности относительно реальности, что вместе дает иллюзию осмысленного действия (Я могу этого добиться). Заглавие является «доказательством» того, что Я понимаю, что это правильно, справедливо и уместно, и что это надо делать именно так, как Я это делаю. Проще говоря, мы создаем такую игровую демонстрацию (как себе, так и для других) самой возможности реализации своих властных фантазий в жизнь, которая выступает еще и свидетельством справедливости и истинности этих фантазий. Поясним это более полно.
Конец ознакомительного фрагмента.
Примечания
1
Подобный взгляд на проблему субъекта власти был так же выдвинут отечественным философом А. М. Пятигорским, в его размышлениях о политической рефлексии.
2
Данная концепция понимания человеческих взаимоотношений, конечно, не мной придумана, она довольно распространена в гуманитарных науках. В частности, психиатр Рональд Лейнг использовал ее в своей книге «Я и Другие».
